16:00 

свадьбешный фик. Окончание от 28.08

*когда твой папулик адски горяч*
Название: "Немного о любви" (рабочее название)
Фандом: Kiss kiss bang bang
Жанр: humor\romans
Пейринг/Жанр: Перри/Гарри, слэш
Автор: Meggy Brik
Бета: sige_vic
Музы: HelenSummer и underside_of_me
Рейтинг: R
Спойлеры: любовь и свадьба ))))



Часть 1
запись создана: 23.05.2010 в 17:29

@темы: фанфикшн, слэш, Перри, Гарри

Комментарии
2010-06-02 в 23:18 

Can you? Dare you? Would you? Won't you? (с)
Meggy Brik ну если как у Гарри, то обязательно чего-нибудь состряпаю (если есть пожелания - пишите, а то вдруг сделаю, а не понравитсо)
HelenSummer согласен!

2010-06-02 в 23:21 

Meggy Brik
*когда твой папулик адски горяч*
HelenSummer
ща я гляну скока там страниц, а то если всего одна, то какой смысел выкладывать ))) людей только раззуживать )))))
Futbolerka
оой, все что на душу ляжет, всмысле все что захочется все понравиться! я от ваших колажей прямо тащюсь! :inlove:

2010-06-02 в 23:28 

HelenSummer
and God Save the Queen.
да, Futbolerka умеет коллажить! :chup2:

2010-06-13 в 14:10 

Australorp № 5; Love, Fry & Rum 'n' Laurie; хакельберри френд; СЫН главы ордена семи плеток и тайного хранителя наручников Королевства. Eine verliebte Kosmonautin. Тор обыкновенный
Meggy Brik спасибо огромное!!!! это - нечто!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! :crzfan::crzfan::crzfan::crzgirls::crzgirls::crzgirls:
Очень-очень-очень жду продолжения!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!:inlove::inlove::inlove::inlove::inlove::inlove::inlove:
Какие они классные!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!:love::love::love:

2010-06-13 в 17:41 

Meggy Brik
*когда твой папулик адски горяч*
девочки посоветуйте проду куда удобнее? в пост или в комменты? :)

2010-06-13 в 17:45 

Римроуз
Девочка-катастрофа
Meggy Brik это как тебе удобнее. Но если все в пост влезает, наверное, лучше в пост ;-)

2010-06-13 в 17:47 

sige_vic
One should always eat muffins quite calmly. It is the only way to eat them. (c) *** I could not look at her and not want to touch her (c)
Meggy Brik Клади лучше в комменты, а пост подними. Или, если у тебя не получится поднять, скажи мне - я подниму.

2010-06-13 в 17:48 

Meggy Brik
*когда твой папулик адски горяч*
Римроуз
ща попробую сунуть, там много :-D

2010-06-13 в 17:52 

Девочка-катастрофа
Meggy Brik в предвкушении :chup2:

2010-06-13 в 18:24 

*когда твой папулик адски горяч*
не могу, Сайдж, подними запись плз! :)

продка ))
тюк

2010-06-13 в 18:24 

Meggy Brik
*когда твой папулик адски горяч*
***
- Интересно, что же во мне можно было найти красивого? Хотя у меня вот нос, очень даже ничего. Но из-за одного носа нельзя же сказать про человека, что он красивый, да? С другой стороны, как ты мог влюбиться в меня страшного? Поэтому я получаюсь вроде как красавцем. Но, в то же время, все те мужики, что ошивались у нас дома, пока я жил у тебя, не первые красавцы, некоторые были даже совсем страшными, я еще удивлялся, как ты можешь их цел…
- Эй! – Перри закрывает мне рот ладонью и, приподняв одну бровь, укоризненно смотрит. – Я обещаю не говорить до вечера, почему считаю тебя красивым, а ты обещаешь не тараторить, хорошо?
Нечленораздельно мычу ему в ладонь, она мягкая и пахнет вишневым джемом и тостами. Внезапно понимаю, что хочу ее лизнуть, чтобы понять, какая она на вкус – ладонь Перри. Мне срочно нужен антиголубин! Сейчас же!
Вместо этого я убираю с лица руку Перри и говорю:
- Я не согласен, до вечера я не дотяну. Тут и так скукотень страшная, а еще ты молчишь. С другой стороны, я не горю желанием выслушивать все эти твои голубые штучки, я вон лучше с Касси поболтаю. Вот.
- Я понял.
- Понял?
Перри слезает со стола и выходит на улицу. В этом чертовом доме до черта выходов на улицу. У него вообще какая-то непонятная конструкция. Чего в нем только нет: и парадная дверь, и еще две такие, отделанные витражами, дверки, ведущие в сад, буквально в дести шагах от парадной. Ну вот кто мне скажет, зачем при наличии одной двери делать еще один выход в то же самое место, но чуть-чуть подальше? Хренотень!
Вот и в кухне тоже есть дверь, ведущая через сад к выходу из поместья. Еще тут есть бассейн (но о нем я, кажется, уже упоминал), шесть спален, столовая и гараж. Вроде все, больше я тут ничего не увидел, пока.
- Перри, подожди. – Касси, уже давно доевшая сыр, семенит за моим другом, весело повиливая хвостом, ее мохнатое тельце едва видно из-за высокой травы. – Ну Перри!
- Что?
Он так резко остановился и развернулся, что я со всего маху врезался в его грудь, да так, что дыхание сбилось, и если бы Перри не подхватил меня, я упал бы, прямо в траву.
- Что ты понял? – Он так близко – мне кажется, я слышу, как бьется его сердце. Нужно отойти подальше, не вдыхать запах его одеколона и уж точно не трогать пуговицу на его рубашке, но я не могу. Точнее, могу, но не хочу, то есть хочу…Черт! Короче, его руки так и лежат на моей спине, а сам Перри, похоже, перестал дышать.
- Я ничего не понимаю, поэтому скажи мне, что ты понял, вдруг я тоже что-нибудь пойму. – Ощущаю себя школьницей на первом свидании. Дело дрянь!
- Понял, что с собакой тебе интереснее, чем со мной.
Он так резко убрал руки и отошел, что я все-таки упал в траву. Перри и болонка ушли – обходят владения, не иначе, а я так и сижу в траве, разглядываю жучков и думаю, что это такое только что было. А?

***
- Понял он, а мне теперь что с этим всем делать? С признанием его, с руками своими и мыслями?
Трясу головой и стучу по ней руками.
День прошел бездарно: я ничего не делал, а эти двое где-то гуляли, потом обедали и читали, возле бассейна. Вместе. Болонка прикипела к этому здоровяку, забыв про меня. Про меня всем, кажется, проще забыть. Что за бред в голову приходит.
Снова, пытаясь привести мысли в порядок, ударяю руками себя по лбу.
- Если ты решил таким способом выбить из себя всю глупость, бесполезно, – подошедший Перри держит на руках погавкивающую Касси и плед, – пойдем.
- Куда?
- Вставай, возьми на кухне две чашки и тарелку с сэндвичами и иди в мою комнату. И не смотри на меня так, я не собираюсь тебя насиловать.
- Ну да, еда в таком деле ни к чему.
- Шутник.
Делаю все, как он сказал: беру на кухне чашки с горячим шоколадом, тарелку, на которой лежат ароматно пахнущие помидорами и колбасой сэндвичи, и поднимаюсь на второй этаж.
Чашки и тарелка мешают мне открыть дверь, но даже будь мои руки свободными, я бы все равно не смог это сделать. Не решился бы. Я просто не могу войти к нему в спальню, и пусть я знаю, что ничего он со мной такого, чего бы я не хотел, не сделает, все равно не могу. Хотя я уже был там, спал там и даже просыпался, целый и невредимый.
Упираюсь лбом о прохладную стену. Вот если бы Перри понимал, он бы сейчас выш…
- Долго ты тут будешь мозгом скрипеть, а? Когда надо, у тебя рот не закрывается, а тут позвать не додумался, да? Заходи, быстро!
- А что мы будем делать?
Сажусь на кровать, не выпуская из рук тарелки и чашки, и разглядываю узоры на обоях.
- Послушай, ну чего ты дергаешься? Ты сам сказал, что тебе скучно, так?
- Так.
- Ты хочешь услышать, почему я считаю тебя симпатичным, я обещал рассказать тебе об этом вечером, так?
- М-м, да.
- Тогда подымай свой зад и иди к окну. Если ты заметил, оно открыто.
Заметил. Открыто, и ветер, врываясь в комнату, треплет занавеску нежно зеленого цвета.

У Перри невероятно глубокий, нежный голос. Никогда бы не подумал, что подумаю так, хотя всего три дня назад я бы не поверил и в то, что могу спокойно проснуться в постели с мужчиной и даже не поморщиться. Не убить его и не наорать.
Мы сидим с ним на крыше его дома, едим вкусные сэндвичи и смотрим на звезды. Перри рассказывает о своем детстве, о том, как решил, кем станет, как влюбился первый раз, что вон та, самая яркая звезда, Полярная, и что ее видно в любой точке северного полушария, и что я красивый.
- У тебя глаза цвета заварки. Возможно, это звучит глупо и совсем не романтично, но… Они темнее у самого зрачка и чуть светлее у радужки; порой мне кажется, что я тону в этом элитном чае, в обрамлении ресниц. А ресницы, к слову, у тебя самые обычные, густые такие щеточки, подающие тень. Из-за чего кажется, что у тебя глаза… Сижу иной раз в офисе, смотрю, как ты рубишься на приставке, высунув язык, и понимаю, что могу смотреть на тебя вечность – просто сидеть и смотреть, как твои глаза улыбаются. Как улыбаешься ты.
Он греет руки о кружку, но я знаю, что шоколад уже давным-давно остыл.
- Знаешь, последние месяца два, я, не переставая, проговариваю про себя одно-единственное предложение.
Я забираю из его рук остывший шоколад.
- «Угораздило же меня влюбиться в этого идиота»? Это?
- Нет. – Он робко, сначала посмотрев мне в глаза, кладет руку на мое плечо. – Все мужчины чуточку бисексуальны.
Мы посидели в тишине, разглядывая звезды, думая каждый о своем. Засыпая, я положил голову Перри на плечо. На его мягкое, теплое плечо.
- Гарри?
- М?
- О чем ты думаешь?
- О том, что мне хорошо с тобой, – зевнув, я почувствовал, как он гладит мою ладонь, – и что я не хочу, чтобы ты меня выгонял.
- Кажется, мне придется тебя нести, м?
- Угу.

2010-06-13 в 18:25 

Meggy Brik
*когда твой папулик адски горяч*
***
Утро получилось классным. Проспав до полудня, а потом провалявшись в постели еще полчаса, просто так, я умылся и пошел на кухню.
- Кофе, полцарства за кофе! – прокричал я и повернулся к холодильнику, на котором обнаружилась записка, написанная кривым почерком Перри, прикрепленная к серой дверце магнитиком.
«Пришлось уехать по делам, как поешь, зайди в библиотеку, там для тебя кое-что есть, чтобы ты не скучал.
Буду вечером.
Перри».

Интересно, что может меня развеселить в библиотеке? Книга про то, как ЭТО делают мужчины?
Внезапно пришедшая мыль и напугала и развеселила одновременно. А и правда, как это делают мужчины друг с другом? Ну, приблизительную физику я себе представлял, а вот дальше не очень. Что куда, где и чем лучше, что за приспособления…о господи! Колбаса застряла в горле, кофе уже не казался таким вкусным. Я уныло посмотрел на записку. Если бы Перри сейчас был тут, сидел бы напротив, потягивая чай и ругая меня за тупость, он бы объяснил, что и как. И мне бы не лезли в голову всякие гадкие мысли.
Я положил завтрак на тарелку и, прихватив кофе, отправился в библиотеку. Кстати, а где она?
Прошатавшись по всем этажам, доев и допив, я так и не нашел нужной мне комнаты. Дурацкий дом!
Когда я в третий раз шел по коридору, раздался телефонный звонок. От неожиданности подпрыгнув – так этот звук не вписывался в тишину и спокойствие, царившие в поместье Перри, – я оглянулся в поисках аппарата, издающего эти жуткие звуки.
Стою теперь, смотрю на телефон, синенький такой с кнопочками, и не знаю, что делать, брать или нет. В голову приходит дурацкая идея.
- Алло, поместье ван Шрайков.
- Придурок! Что ты так долго?
Перри. Кто еще мог позвонить и вместо «алло» обозвать меня и буквально за две секунды сообщить о том, что я, как всегда, облажался.
- Не ори, это не мой дом, а соответственно…
- Что там у тебя соответственно? В Лос-Анджелесе ты хватал трубку быстрее меня, там тебе не мешало, что это не твой дом!
Разглядывая узор столика, на котором стоит телефон, понимаю, что мне не хватает Перри. Это так странно. Вот его голос в телефонной трубке, всего каких-то пару часов назад он вообще был рядом, но мне все равно не хватает Перри.
- Прости, – внезапно бормочу в трубку и глухо вздыхаю.
- И ты меня, Гарри, я задержусь, тут такая неразбериха, ты там не скучай, ладно? Я, собственно, за этим и звонил, просто ты так долго не подходил, что я…испугался я, в общем.
- Задержишься? Бли-ин! Ну что я буду делать тут один?
- Ты хоть что-нибудь из того, что я сказал, услышал?
Чешу затылок, пытаясь вспомнить, что мне говорил Перри за последние десять минут. Ничего важного не вспоминается.
- Пер…
- Ладно, все, мне пора, буду, наверное, завтра.
И отключился. Нет, ну не свинья? Оставил меня одного, на ночь, в пустом огромном доме, без развлечений, без себя… так, стоп! Что он там говорил про библиотеку?

***
- Приставка?
Бегу в спальню, по пути пролетаю лестницу, гостевую, еще одну гостевую комнату, и еще... Нет, это комната Перри. На секунду останавливаюсь оглядеться. Комната такая же, как и вчера вечером. Зеленая занавеска, покрывало в цветочек, шкаф. Подхожу к нему и, отодвигая дверцу, заглядываю внутрь. Не знаю, зачем я это делаю. На вешалках аккуратно висят все Перрины костюмы, пахнущие знакомым одеколоном. Вот его любимый темно-зеленый пиджак, от Гучи вроде бы. Он ему идет, да. Перри в нем выглядит стройнее, вспоминается мне.
Зачем-то провожу по одежде рукой, мягкая ткань щекочет пальцы. Если бы Перри сейчас вошел, он бы на меня, наверное, наорал. Перри!
Лечу к себе в комнату, хватаю мобильник, набираю номер и снова возвращаюсь в его комнату. Меня туда словно магнитом тянет.
- Гарри, что случилось?
- Очень веселый подарок, Перри!
- Прости, что?
- Приставка! Ты считаешь, что мне будет веселее с приставкой? Я дома-то в нее устал рубиться, а тут еще и игруха старая! Я возмущен!
На другом конце трубки слышится глубокий вдох. Или выдох, точно сказать не берусь, но, кажется, я переборщил.
- Пер? А можно, я посижу в твоей комнате, телик посмотрю? У тебя тут и кино есть, я вот вижу, боевики даже имеются, – провожу пальцами по пластиковым коробочкам, совершенно не обращая внимания на надписи на них, – ты не думай, я не лазаю по твоей комнате, просто искал свою, наткнулся случайно на твою, но я могу уйти...
- Гарри, ты можешь делать все, что хочешь, – считай, что ты в Лосе. Только не лазай в секретер, там куча бумажек. Если ты их переворошишь, а ты точно это сделаешь, если тебя не предупредить, я их сто лет потом в порядок приводить буду. А в остальном делай что хочешь, главное – с крыши не прыгай.
- Зачем?
- Да кто тебя знает! Зачем ты тогда с лестницы спрыгнул? Ногу сломал еще, помнишь?
- Я же преследовал подозреваемого, мужчину, который изменял жене, – опускаюсь на мягкий ворсистый ковер, облокачиваюсь о кровать, – он убегал.
- Можно было этого не делать, дурья твоя башка! Ладно, я не могу долго говорить, пока.
- Пер!
- Ну что еще?
- У тебя все в порядке?
Он смеется. Он смеется, а я улыбаюсь, глядя на фотографию на его тумбочке возле кровати: на ней молодой Перри и какая-то девушка. Из трубки льются частые гудки, он отключился, а я продолжаю сверлить черно-белый кусок бумаги взглядом. Девушка!
Беру снимок в руки, верчу его и так и эдак, но не вижу на нем никаких пометок, чего-то типа: «Перри на долгую память» или «С любовью от…»
Просто фотка, вот только он на ней улыбается и обнимает девушку за плечи. Прямо как я с Хармони, когда мы еще…а нет, мы же не того! Ставлю фотографию на место и иду в библиотеку за приставкой. Играть в жутко огромном помещении с кучей книг, меня эта мысль не греет.

2010-06-13 в 18:25 

*когда твой папулик адски горяч*
Но меня постигла неудача – я не смог подключить это старинное чудо техники к телику в комнате Перри. И где он ее только откопал. Теперь понятно, почему приставка была в библиотеке – там телик старее меня.
Снова оборачиваюсь и смотрю на фотографию, руки так и чешутся вынуть ее из рамки. А вдруг там, на обратной стороне, что-нибудь написано, и я пойму, кто эта девушка и почему Перри ее так обнимает.
-Хэй!
Почему я думаю об этом? Да какая мне вообще к чертям разница?
Достаю мобильник и набираю его номер.
- Пер, ты можешь говорить?
- Что стряслось?
Голос у него уставший, но слышу, что он не злится. Сразу становится как-то…ну, не знаю, просто спокойно.
- Ничего, я просто хотел спросить…
А что, собственно, я хотел спросить? Что за телка на фотке у тебя возле кровати? У тебя, голубого чувака, который влюблен в меня. Логичнее ему иметь мою фотографию возле кровати, хотя какое к чертям логичнее! На кой ему такая фотка, когда моя рожа и так постоянно мелькает у него перед глазами? Бред!
- Гарри?
- Нет, ничего, извини. – Со всей силы жму на красную кнопку на телефоне, жму, жму и жму, звонок уже давно прерван, а я все жму.
Неужели, неужели, ну неужели Перри прав, и я тоже мог в него влюбиться? Иначе почему меня бесит невинная черно-белая картинка, его отсутствие и…
- М-м-м, – что есть мочи бьюсь головой о кровать, она мягкая, но все равно выходит довольно больно.
- Пе-ери, я, кажется, бешусь из-за того, что ты не делаешь первый шаг!

***
Кажется, я так и уснул, сидя на полу, обнимая фотографию и положив голову на кровать. Все тело затекло, и мне чудится, будто я лечу – или просто не до конца проснулся, а во сне летал. Пытаюсь пошевелиться и слышу:
- Тш-ш, не дергайся.
Но я все равно дергаюсь, роняю рамку, попадаю Перри кулаком в челюсть и в очередной раз ударяюсь головой о изголовье кровати.
- Если мы еще раз окажемся на твоей кровати вместе, моя голова расколется.
Перри смеется, лежа на мне, я смеюсь, лежа под ним.
- Да, невезуха какая-то.
- Ты вернулся или я сплю? – спрашиваю я сквозь смех, пытаясь улечься поудобнее.
- Вернулся.
- Перри, знаешь, я тут думал…
- Зачем ты спал с рамкой в руках? – Он перекатился на другую половину кровати, и проводит допрос, лежа на спине. Тем лучше для меня. В полутемной комнате, при свете бра не видно моих пылающих щек.
- Кто это?
- Моя сестра, а что?
- М-м-м…Скажи, а насколько твоя теория – ну, о мужчинах, которую ты толкал вчера на крыше, реальна?
Перри встает с кровати, снимает свитер, ботинки, носки поворачивается ко мне лицом и смотрит в глаза. Пристально так, долго-долго.
По моей спине бегут мурашки, но я делаю то, что делаю. Встаю, подхожу к нему, близко-близко, весь дрожу, но нутром чувствую, что все правильно, так надо. И ему, и мне. Нам.
- Тебя не было весь день. Долго. Я думал, я скучал. А ты?
Он вдыхает, прикрывает глаза и кивает. Он боится не меньше моего. Хорошо.
- Вспоминал те твои слова. Твои глаза, тебя вспоминал. Приревновал к твоей сестре, – непроизвольно хихикаю, глядя на осколки на полу. Разбил, я таки ее разбил.
- Глупо.
- Ага, а знаешь, что самое глупое? Мне кажется, что я хочу… как это у вас говорится? Двигаться дальше? Развития событий? Как?
- У нас?
Перри морщит лоб, отходит на шаг назад, зеленая занавеска ложится ему на плечи, в комнату снова врывается теплый ветерок, развевая легкую ткань, обволакивая.
- У тех, кто любит. Я, кажется… ну, вроде как тоже. Но я не уверен.
- Раз не уверен, зачем двигаться дальше?
- А как я узнаю, если никогда не про…
Он кладет палец мне на губы, нагибается.
- Смотри, я тебя сейчас поцелую, легонько, без языка даже, ты только не дергайся, ладно? Может, это поможет тебе понять…
Я не дослушиваю, что он там такое бормочет, и сам касаюсь его губ, придвигаясь к нему вплотную. Губы, они теплые.
- Все, все, все... – Он отстраняется сам и отстраняет меня; тяжело дыша, гладит мою руку. – Я могу не сдержаться, прости, но пока что все. Иди.
- И ты даже не спросишь меня ни о чем?
- Нет, иди.
Я улыбаюсь, целую его в щеку и выхожу. А и правда, зачем меня спрашивать, если и так все наверняка видно по моему лицу.
Спал я как убитый.


***
- Кофе?
Вхожу в кухню, почесывая живот, и не могу понять, глядя на Перри, как он может выглядеть в восемь утра таким бодрым. Хорошо еще галстук не надел, а то я бы в своих трусах и футболке чувствовал себя полным идиотом на приеме у президента.
- Не-а, сока хочу, не могу просто. Апельсинового.
- Его нет.
Застываю в холодильнике по пояс. Наверное, Перри видит всю мою печаль, ибо она наверняка отразилась и на моем заде тоже.
- Кстати, кофе нет, это я просто так спросил, и помидоров, которые, я помню, ты обожаешь, тоже нет. – Он вынимает меня из серого пустого агрегата и захлопывает дверцу.
- Попей чая, съешь круассан, я оставил тебе вишневый, и поедем в магазин. И не смотри так на меня, я разогнал прислугу, ты за два дня опустошил холодильник, нам придется ехать в магазин.
- Чай? – грустно разглядываю кружки на столе. – Я буду плакать.
- Мороженое, три шарика, с шоколадной крошкой, м?
- Я подумаю! Нафанафифать…
- Проглоти, обормот! Ни хрена не разбираю, что ты там бормочешь. Никак не могу понять, как ты мог за один день доесть все, что оставалось в холодильнике!
- Невфри… ой, нервничал я! – Я проглотил круассан, который умудрился засунуть в рот целиком. – Список написал?
- И так помню: помидоры, кофе, хлеб, молоко. – Перри загибает пальцы на руках, а я ловлю себя на мысли, что мне ужасно хочется залезть к нему на колени и начать целовать. Странные мысли приходят в голову по утрам, но я почему-то не спешу их

2010-06-13 в 18:25 

Meggy Brik
*когда твой папулик адски горяч*
отгонять. Наоборот, развиваю фантазию, представляя, как бы он ответил на мой поцелуй, погладил по спине, придвигая меня ближе, и…
- Гарри!
- А! Ты чего орешь?
- Я тебя в пятый раз спрашиваю, что тебе нужно?
Не понимаю, о чем это он, не понимаю, что это я. Что на меня нашло.
- Поцелуй меня? – слова сами собой срываются с губ, я даже не успел подумать о том, что и правда хочу этого. Я хочу. Очень.
Видимо, свежий воздух, общение с собаками и милый, признающийся в любви Перри что-то сломали в моей голове, раз я начал хотеть его – хотеть, чтобы он целовал меня, касался меня, любил меня.
- Гарри, я…
Он нерешительно мнется, стоя возле моего стула, и его рука то поднимается, в попытке коснуться моего лица, то снова опускается. Боится он, что ли?
Встаю, тянусь к его губам и легонько целую в уголок – промахнулся. Видимо, не надо было зажмуривать глаза.
- Вот и все, – улыбаюсь, глядя на его обалдевшее лицо, – что-то не так?
- Д-да нет, все нормально! Я вот только не пойму, с чего вдруг такое рвение?
- Да я и сам не знаю, – допиваю последний глоток ужасно невкусного чая и морщусь, – поехали скорее за кофе. Быть может, когда мы выпьем сего живительного напитка, наши головы прояснятся и я найду ответ на извечный вопрос «почему».
- Больше никогда не строй из себя умного, пошли!

***
- Мы поедем на этом?
- А что тебя не устраивает в мерседесе?
- А где та красавица, что ты привез вчера вечером?
- Ты все-таки видел?
Да, я видел, что Перри приехал на том самом бентли, что приобрел в Вегасе. Да, я спал, когда он приехал, но потом-то, потом, когда шел спать, я выглянул в окно и минут двадцать созерцал в свете фонарей эту красотку глубокого черного цвета.
- Как тебе удалось доставить ее сюда?
- Вообще-то, это сюрприз. Она твоя.
- Ну да, самолетом, что ли… Что?!
- Как оказалось, я записал ее на тебя – видимо, решил с пьяных глаз подарить тебе на свадьбу машину. Подарил.
- А вчера ты ездил ее переоформлять на себя, так?
Заплетаю указательный и средний пальцы в знаке, который у детей обозначает «на счастье»
Я не хочу владеть этой роскошью, я так привык, что у меня ничего нет, что ничего и не хочу, хотя машина просто конфетка.
- Нет, я официально оформил договор дарения. С одной оговоркой, которая пришла мне в голову недавно.
- К-какой?
- Ты получишь ее при одном условии. Вижу ужас в твоих глазах – ты что, до сих пор не доверяешь мне?
- Я доверяю тебе, очень, – беру руку Перри в свою, – но я не хочу таких дорогих подарков. А если я не оправдаю твоих надежд?
- Ты же не слышал условия. Ты получишь машину только в том случае, если женишься. Официально, тот бред, что с нами произошел, не в счет. И я не могу ей пользоваться, договор уже вступил в силу.
- Женюсь? Ты сбрендил! Мне хватило одной свадьбы! Да ну на хрен, не буду я жениться из-за машины! И потом, я же тебе вчера уже сказал…
- Тебе не надо жениться из-за машины, она будет ждать пока ты не найдешь достойную…
- Да не нужен мне никто, кроме тебя!
Наверное, у меня тоже на лице полный ужас и обалдение, как и у Перри. Хотя нет, на его лице еще и огромное вселенское счастье, вот как раз в уголках глаз, именно оно собралось и на переносице, и в морщинках на лбу. А у меня только обалдение и облегчение от того, что я наконец то это сказал вслух – и себе, и ему, признался.
- Не будем заставлять холодильник ждать, поговорим об этом позже, да?
Я прямо как-то даже приуныл – думал, он меня сейчас целовать начнет, обнимать, а тут снова про холодильник и магазин Надо по ходу вселять в Перри уверенность. Не думал, что он такой робкий, хотя я тоже не лучше – сел в машину и замолчал, как рыбка в аквариуме, глазами хлопая. Идиот!
Машина выехала с подъездной алееи, сделала круг, и мы оказались на трассе, в пробке. Отличненько.

***
- Не бери эти, у них бока помятые, и эти тоже!
- Перри, мы уже минут сорок ходим по магазину, а у нас в тележке только туалетная бумага и две шоколадки. Что с тобой? Тебе все не так.
- Но они же мятые!
- Они нормальные! – Кидаю в тележку связку помидоров и салат. – А вот ты нет!
- Ты серьезно сказал те слова, в гараже, или просто брякнул, случайно?
Не могу выбрать, какую фасоль брать, в томатном соусе или нет, а он тут со своими дурацкими вопросами лезет, лучше бы помог.
- Возьми обе, я из этой суп сварю. – Перри, будто услышав мои мысли, тычет пальцем в банку с фасолью в томате.
- Просто брякнул, серьезно.
Его смех разносится, кажется, по всему магазину, а смачный чмок в мою щеку слышен даже на парковке возле супермаркета.
- Чего ты?
- Мне еще никто ничего подобного не говорил. Пойдем за кофе?
- Пойдем. – Обреченно плетусь за ним, разглядываю широкую, обтянутую спортивной ветровкой спину. И тут мои извилины посещает одна интересная идея. – Перри, а сколько денег ты с собой взял?

***
- Зачем нам сюда? Тебе нужна одежда?
- Мне нет. – Я вталкиваю Перри в магазин, едва не упав на охранника, и иду вдоль рядов, разглядывая товар. Все не то.
- Мы уже купили все необходимое и даже, благодаря тебе, не забыли взять молоко. Что ты забыл здесь?
- Два свитера, футболки и, может, даже штаны, если мне удастся тебя раздеть.
Перри никак не реагирует на мои слова, не считая того, что пытается улизнуть из магазина.
- Я не хочу, у меня все есть!
- Ты сделал мне подарок, я тоже хочу. Извини, свои деньги я оставил дома, но потом все отдам. Заходи вот сюда и раздевайся.
Перри похож на форель, что мы часом раньше видели плавающей по аквариуму в отделе свежей рыбы. Он так же, как и форель плавниками, машет руками и раскрывает рот.

2010-06-13 в 18:26 

Meggy Brik
*когда твой папулик адски горяч*
- Быстро!
В течение часа выясняю, что красное Перри не идет, голубое делает его лицо слишком бледным, а сиреневое полнит. Также теперь я знаю, что водолазки и майки – это не его стиль, собственно, как и спортивные костюмы.
Зато он просто милашка в бирюзовых свитерах, а еще ему безумно идет серый цвет, белые футболки и рубашки.
А какие у Перри глаза, если надеть на него черную кофту, м-м!
Под конец примерок продавщицы выдохлись, я устал, мои глаза насытились, а Перри доволен и сияет, словно начищенный серебряный поднос.
- Домой?
Он целует меня висок, и я не дергаюсь, осознавая, что мы еще в магазине и на нас смотрит весь персонал, а одна девушка вздыхает, счастливо улыбаясь. Я тоже улыбаюсь, глажу его по спине и киваю.
- Ужасно хочу есть.
- И я.

***
- Что это?
- Соус. Убери руки!
- Ай!
- Я предупреждал! Подставь под холодную воду свои шаловливые руки и пойди посмотри телик, ты мне мешаешь. И твои глаза тоже!
Перри выгоняет меня из кухни уже в пятый раз, но я ничего не могу с собой поделать. Отсутствие боевиков по телевизору и одуряющее прекрасный запах, льющийся из кастрюлек и сковородок, над которыми химичит Перри, словно магнит тянут меня к нему. Ну, и кое-что еще.
- Гарри! Я же с ножом!
Он и правда чуть не попал себе по пальцу.
- Извини.
- За последние два часа ты пытаешься меня поцеловать в сотый, наверное, раз, в чем дело? Ты измазал мою одежду афродизиаком или у тебя спермотоксикоз? Напоминаю, я мужик!
- Очень своевременное замечание, спасибо. – Показываю ему язык и ухожу в комнату. – А кто будет сверху?
Слышу рычание, и это не Касси – малышку забрали наши соседи; видимо, я плохо на нее влиял.
По одному из каналов показывают карнавал. Тупо пялюсь на разноцветные одежды и быстрые движения нижних частей тела разных людей. Танцы. Танцы, Перри и я, секс. Да, забавная цепочка.
- Принеси молоко, я, кажется, забыл его в машине!
- Хорошо! – Хотя ничего хорошего, это я про секс. Потому что я не представляю, кто из нас будет снизу и как вообще мы будем это делать. Если я, то мне будет очень-очень больно. Если Перри, то ему наверняка не понравится, и он уж точно меня разлюбит. Но если мы не будем ничем таким заниматься вообще, то разойдемся, или поругаемся, или умрем от…как там Перри это назвал?
- Заканчивай скрипеть мозгами и достань уже молоко!
Я аж прямо вздрогнул, подпрыгнул, икнул и уронил пакет с молоком, который держал, застыв возле открытой дверцы машины. Задумался.
- Блин. – Разглядываю увеличивающуюся с каждым «бымк-бымк» белую лужу на полу и свои мокрые тапочки. Боюсь посмотреть ему в глаза – испепелит, мокрого места не оставит.
- В чем дело, Эйнштейн? Что ты сейчас изобретал в своей башке?
- Секс.
- Секс?! Его уже давно изобрели, до тебя, идиот! – Перри поднимает молоко, точнее, полупустой пакет – нельзя же поднять то, что растеклось и впиталось. – Что тебя волнует?
- Кто будет сверху?
- Да никто!
- Ам-м..а..ну…м. – Я похож на годовалого ребенка, у которого отняли игрушку: вроде и обидно, а сказать ничего не могу, только рыдать и выдавать отдельные звуки.
- Сначала никто, потом, может, ты, ну а там посмотрим. – Перри так спокоен, а меня всего трясет, а он спокоен! Зараза! Носорог непрошибаемый.
- Да черт тебя раздери! У меня все внутри ломается, понимаешь? Лопается, взрывается и танцует, но при этом лихорадит, морозит и тошнит! Мне страшно! Хорошо и страшно одновременно! А ты «посмотрим»! – Кажется, я ору, кажется, я передразниваю его, и кажется, даже бью руками в грудь.
Браво, Гарри, ты настоящая истеричка!
- Что ты уставился?
Он бросает этот чертов бело-красный кусок картона, делает резкий шаг мне навстречу и целует.
По нашим толстовкам растекаются белые, теплые, пахнущие крахмалом и водой пятна – как то тепло, что в моей груди, струйками-струйками от сердца.
Он целует меня, прижимая к машине, вжимаясь в мое тело, жадно, горячо, с всхлипами. Кусает нижнюю губу, затем прихватывает верхнюю; его язык у меня во рту, словно у себя дома, делает все, что хочет, там, где хочет.
- М-м. – Я глажу его по груди и, кажется, выдаю протяжный стон, когда он слизывает слезу у меня со щеки, плавно перейдя к шее.
- Не здесь, – шепчет он, лаская мои плечи, – идем.

***
У него холодные руки, они дрожат, касаясь моего лица, рук, плеч. Меня обнимают и целуют, словно статую из песка, порой я даже не слышу, как он дышит, – в такие моменты мне становится страшно, и я ищу губами его губы, чтобы вдохнуть в них воздуха. Что бы услышать, как он посапывает и едва слышно рычит, касаясь языком моего неба.
- Еще? – Он шепчет, спрашивая согласия, разрешения... Такой смешной, такой нежный и невозможный Перри. Наверное, раньше я бы оттолкнул его, закричав, и убежал, да. Но не теперь – теперь я принимаю его ласки, словно подарок судьбы, как что-то волшебное, потрясающе волшебное. Вот только теперь волшебник он, Перри ван Шрайк.
- Пееррр
Он гладит мои щеки подушечками пальцев, целуя веки. Касаясь моего бедра своим вставшим членом. Я весь дрожу, я готов растаять в его руках. Он знает об этом, он все-все знает, облизывая кончик моего носа.
- Я люблю тебя, господи, Гарри, как я…
Обнимаю его ногами за талию, придвигаясь с каждым поцелуем все ближе и ближе. Хочется большего, но Перри медлит, Перри хочет, что бы все это длилось вечность. Я знаю, я вижу это в его глазах, я, конечно, может, и идиот, но я знаю.
- Слышишь?
Касаюсь ладонью его груди, там, где сердце, а потом расстегиваю свои штаны и стягиваю футболку. Меня снова трясет.
- Я хочу…
Я вижу, что и он хочет, – чувствую.

2010-06-13 в 18:27 

Meggy Brik
*когда твой папулик адски горяч*
Он согревает меня в своих объятьях, кладет ногу мне на бедро, целует в губы, – это не страшно и не противно, – он обхватывает мой член ладонью, я выгибаюсь и шиплю, словно пойманный в силки зверь, – вот та-ак, – он водит ладонью вверх, вниз, мои стоны слышны по всей округе, я знаю.
- А теперь вместе. – Он задыхается, запинается и весь дрожит, как и я, но Перри все равно находит силы на слова и дело. Он придвигается ближе, обхватывает ладонью, той, что ласкает меня, и свой член. Вверх и вниииз… вверх и вниииз…
Это страшно, невероятно, прекрасно…
Мой мозг, кажется, отключается, потому что я не могу даже понять, где я и кто я. Но одно я знаю точно: меня любят…
- О боже!
- Гарри!
Тяжело дышать, лежа на теплой, хоть и изрядно волосатой груди, засыпая после крышесносного оргазма, – это ли не идеальное завершение дня?

***

- Соус! – Меня словно подбрасывает на кровати. – Перри, вставай!
- Успокойся, – он поворачивается ко мне лицом и, сонно потягиваясь, обнимает за плечи, – я все выключил, когда за тобой в гараж пошел.
- Что? Так ты, ты…
- Что я? Знал, чем все дело кончится? Конечно!
И откуда он видит, что я киваю головой? У него же закрыты глаза, и вообще на дворе ночь! Темно!
- У тебя все твои терзания и мысли на лице были написаны. Я давно наблюдаю, – Перри проводит по моей щеке ладонью, – как ты…
- Мучаюсь?
- Мечешься. Прости, раньше не мог тебе помочь.
Он уже открыл глаза, я вижу, они блестят в свете луны. Ну, и потом, думается мне, трудновато целоваться в темноте при закрытых глазах. Промахнуться можно – в нос там попасть или в глаз, больно даже будет. Или он мог попасть куда-то ниже лица – я же лежу на кровати чуть выше Перри. Хотя я был бы не против такого промаха.
- Думай, пожалуйста, обо мне. – Он гладит мои щеки ладонями, и я начинаю думать только о нем. О его губах, умелых – для меня даже чересчур; о его крепко обнимающих руках. О том, что я хочу его, вот прямо сейчас – и прямо вот как надо! Как у взрослых, а не то, что было пару часов назад.
- П-п-перри!
- М?
- Я хочу как надо. – Пытаюсь нашарить рукой под одеялом орган, который отвечает у Перри за секс, но почему-то натыкаюсь на его ногу. Перри хихикает, умилительно похрюкивая мне в плечо.
- Прекрати, мне щекотно! Гарольд!
- О-о, ты прямо как моя мама. – Я снова почесываю ему ногу, с внутренней стороны.
- Гаррр-гарри!
И тут я нащупываю то, что искал. Он все еще твердый – я это даже сквозь трусы чувствую, и когда только успел их надеть, шустрый?
- Тшшш, м-м-м, – он пытается меня остановить, перехватив мою руку у запястья, но я настойчив, очень, – м!
- Ага, вот это я и имел в виду!
- Я мужчина, ты помнишь? И ты тоже, о господи! Да?
- Тебе это мешает? – Я начинаю двигать рукой быстрее, просунув руку под ткань. – А?
- Н-н-ет, а тебе?
- Уже нет, кажется, но если ты меня сейчас поцелуешь, это маленькое «кажется» утонет, навсегда.
Он так и сделал, и теперь в тишине ночи раздавались наши совместные стоны, восклицания и иного рода звуки, выдающие нас с головой.
- Перестань меня целовать и давай, делай дело. – Я чуть отстраняюсь и двигаю бедрами, давая Перри понять, что я хочу.
- Ты даже не представляешь, чего просишь! Тебе мало?
- Мало! И я знаю, о чем прошу, поверь мне.
Примерно через десять минут возни и горячих поцелуев, я понимаю, что у нас ничего не получается. Перри слишком нервничает, его руки вспотели и дрожат, и, кажется, у него даже не стоит.
И я не прибавляю ему уверенности, своей неуклюжестью и неуместными движениями.
- Прости, – Перри утыкается мокрым от пота лбом мне в грудь – мы все-таки решили, кто будет сверху, хорошо еще монетку не подбрасывали, – прости.
- Даже не думай! Хотя я немного расстроен, – он целует меня куда-то ключицу и тихо фырчит, – что, прочитав три журнала, так и не смог тебе помочь!
- Ну конечно! – Он смеется уже громче, падая на меня всем своим весом. – Где ты их только взял?
- Периклис, дорогой, я тебя, конечно, люблю, но ты слишком тяжел-о-о-ый!
- Что? – Он скатывается на свою половину кровати и включает свет. Это настолько неожиданно, что я жмурюсь и ничего не вижу.
- Эй! – Накидываю на голову одеяло, предпочтя говорить чуть тише, но не ослепнуть.
- Что ты сейчас сказал?
- Я выучил твое полное имя, оно мне понравилось, – я прыскаю в кулак, – оно забавное. А журналы я нашел у тебя в комнате, когда ты уезжал. Но мне кажется, это не повод включать свет без предупреждения.
- Нет, я не о том. Что ты сказал после слова дорогой? – Перри пытается залезть под одеяло ко мне, хотя проще было бы просто выключить свет.
- Выключи свет!
- Нет, я хочу видеть глаза человека, который пытается признаться мне в любви, если мне, конечно, это не показалось.
- Показалось! Постой! – Я хватаю уже было собравшегося лезть обратно Перри за руку и тяну поближе к себе. Перри выше меня, он поднял одеяло – и стало светлее, но не так критично, как если бы мы не были под одеялом. Хорошо.
- Скажи, если бы наш брак был не фиктивным, если бы ни я, ни ты не выбросили кольца, и тебя прямо перед алтарем, секретарем или кем там, я не знаю, спросили: согласен ли ты, Перри ван Шрайк, взять в мужья этого идиота, проходимца, вора, оболтуса…
Он целует меня в губы, резко вылезает из-под одеяла и куда-то убегает – я слышу топот его ног.
- Вот, – снова светло, уютно и меня целуют, – я не выбросил. Точнее, сделал вид, что выбросил, а потом ты ушел домываться, а я подобрал. Запомнил, где оно звякнуло. А твое кольцо я нашел, после того как побежал тебя догонять, не догнал, пришел, сел на пол с бутылкой виски, а оно прямо рядом лежало.
Он пыхтит, вытаскивая из маленького бархатного мешочка два простых, тонких золотых кольца. Перри слишком разговорчив, полумрак разрисовал на его щеках коричневыми оттенками румянец. Он сейчас и правда как медведь. Неуклюжий, лохматый и жутко милый. Я смотрю на то, как он роняет одно кольцо на постель, где оно теряется в складках простыни, как надевает свое себе на палец и смотрит мне в глаза. В них столько надежды и страха, что я просто тону в своей любви к нему. И понимаю, что никакая это была не оговорка. Что я люблю его, давно, просто не понимал этого. Я же никогда не любил большого медведя. А сейчас люблю.
- Я бы, не раздумывая, сказал да. Ты можешь ничего не говорить и не брать кольца. Тем более оно простое, и тебе, наверно, неприятно – ну, тебе же приходится носить его на другой руке. – Он гладит мой полупалец и мямлит, мямлит и мямлит. Нет, пусть уж лучше трахает или ругает, именно такого Перри я и люблю.
- Дай сюда, – отнимаю кольцо и надеваю себе на палец. – Да!
- Что да?
- Да! Кретин! Иди сюда. – Мы снова целуемся, выключаем свет и засыпаем обнявшись. Перри больше не уточняет у меня, что это за «да», и я тоже не задаю ему вопросов. Мы просто целуемся и спим, спим и целуемся.

***
- Пери можно я прокачусь, а? Ну, это же моя машина. – Протираю капот рукавом кофты, делая самые грустные и просящие глаза, зная, что Перри на это отлично ведется. Да, с недавнего времени я знаю, как на нем играть.
- Нет!
- Но-о Пе-е-ер! Я ме-е-едленно, сначала вокруг до-о-ома, – кручу пуговицу на его рубашке и трусь носом о подбородок: я знаю, что он сейчас, скорее всего, весь дрожит, и это только его хваленая сдержанность не дает Перри накинуться на меня прямо тут, – она такая красивая, м?
Он начинает тяжело дышать – видимо, потому что мои ладони невзначай легли на его грудь. Он любит, когда я его касаюсь, а мне, да-да, в последнее время это совсем не противно.
- Я поеду с тобой.
- Да! Ты ж моя пре-е-е-е-елесть, – ложусь на капот, нежно поглаживаю бок машины, она шикарна!
- И только вокруг дома!
- Зануда!
- Безрукий идиот!
Я целую Перри в нос и сажусь в машину.
- М-м-м, кожаный салон, – ерзаю на сиденье, поглаживая руль, – м-м, она все еще пахнет как новая. – Облизываю спинку сиденья, нежно провожу рукой по рычагу передач.
- Заводи уже! Бо-оже!
- Не хочешь со мной ехать, выходи.
- Заводи!
Поворачиваю ключ зажигания, вижу кольцо, улыбаюсь и трогаюсь с места. Шелест гравия и бубнеж Перри – музыка для моих ушей на ближайшие два часа, на меньшее я не согласен.

2010-06-13 в 18:28 

Meggy Brik
*когда твой папулик адски горяч*
Сайдж!плиз замени еще в этом предложении Хонду на Мерседес ))) глазастая Хелен угледела что у Перри в кине мерин :)
Его серенькой хонды нигде не видно,

2010-06-13 в 19:27 

Римроуз
Девочка-катастрофа
Meggy Brik о, какое развитие событий :flower: =)))))
спасибо за фик, очень интересно было почитать :kiss:

2010-06-13 в 19:28 

Meggy Brik
*когда твой папулик адски горяч*
Римроуз
это не конец :gigi:

2010-06-13 в 19:30 

Римроуз
Девочка-катастрофа
Meggy Brik ну, и что? значит должно быть неинтересно? :squeeze:

2010-06-13 в 23:21 

Ирландцы, шотландцы, англичане - в них добавляют какой-то наркотик.© Жук
Meggy Brik это не конец
:squeeze:

Да, комментарий не очень многословный, но содержательный)

2010-06-13 в 23:40 

Если бы каждый раз, когда я хочу выпить, мне давали выпить, то я бы выпил (с)/Мы обречены. Теперь я в этом полностью уверен
Обалдеть! Просто обалдеть!!
Да-да, очень содержательный коммент, но на другой я сейчас просто не способна)

2010-06-14 в 00:40 

А-а-а! Как здорово! Я наверное не усну сегодня! :inlove:

2010-06-14 в 02:31 

Australorp № 5; Love, Fry & Rum 'n' Laurie; хакельберри френд; СЫН главы ордена семи плеток и тайного хранителя наручников Королевства. Eine verliebte Kosmonautin. Тор обыкновенный
Спасииибо огромное!!!!!:hlop::hlop::hlop::hlop::hlop::hlop::hlop::white::white::white::white::white::white::white::white::white::white::white::white::white:
ААААААААААААААААААААААА!!!!! Это великолепно!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!:red::red::red::red::red::red::red::red::red::red::red::red::red::red::red:

2010-06-14 в 14:29 

Belchester
«Лучше на удивление поздно, чем на удивление никогда» (с)
Прекрасно. :hlop: :hlop: :hlop:
Просто бальзам на душу, спасибо! :red:

Гарри такой... Гарри. :) А Перри молодец - намекнул, потерпел - и дождался! ;)

2010-06-14 в 20:55 

CrazyReader
все хорошо.
Я целую Перри в нос и сажусь в машину.
- М-м-м, кожаный салон, – ерзаю на сиденье, поглаживая руль, – м-м, она все еще пахнет как новая. – Облизываю спинку сиденья, нежно провожу рукой по рычагу передач.
- Заводи уже! Бо-оже!
- Не хочешь со мной ехать, выходи.
- Заводи!

прелесть то какая!!!!!!спасибо вам огромное)))

2010-06-15 в 11:02 

Сокол высоко поднимается, когда летит против ветра, а не по ветру (с)
Как здорово приехать домой с дачи и обнаружить продолжение такого классного фика!!! Спасибо огромное!!! Я читаю и прям представляю как бы оно вчглядело в кино! :ura:

2010-06-15 в 18:07 

nuez
~Verba volant, scripta manent~
- М-м-м, кожаный салон, – ерзаю на сиденье, поглаживая руль, – м-м, она все еще пахнет как новая. – Облизываю спинку сиденья, нежно провожу рукой по рычагу передач.

и как тут Перри не кончил...

2010-07-16 в 23:01 

В темноте глаза горят, в них сомненья нет — один азарт!
Meggy Brik


О, боже! Это прелесть, прелесть, прелесть что такое! :rom:

Читала в электричке и просто таяла от нежности и очарования! Гарри такой Гарри, а Перри ну такой Перри! Люблюнимагу их таких! :hash2:

Я очень страдал, почти впал в депрессию, но не получилось.
:laugh: :hlop:
Весь Гарри в этом! Чудо! =)))

П.С. У меня тут дурная привычка, когда читаю распечатки, под рукой всегда есть ручка, чтобы пометить опечатки... Можно я тапочков понакидаю немножечко? :shuffle2:

2010-08-17 в 12:22 

*когда твой папулик адски горяч*
П.С. У меня тут дурная привычка, когда читаю распечатки, под рукой всегда есть ручка, чтобы пометить опечатки... Можно я тапочков понакидаю немножечко?
конечно можно! :)
спасибо за такой замечательный отзыв :inlove:

     

Сообщество, посвященное фильму Kiss Kiss Bang Bang (2005)

главная